• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: писаное (список заголовков)
15:03 

lock Доступ к записи ограничен

~ vuotaggine ~
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:04 

lock Доступ к записи ограничен

~ vuotaggine ~
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:34 

lock Доступ к записи ограничен

~ vuotaggine ~
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
16:35 

lock Доступ к записи ограничен

~ vuotaggine ~
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:29 

~ vuotaggine ~
24.01.2012 в 12:20
Пишет Diary best:


Пишет Зе Пантейру:

Писательские советы от Мартина Эмиса и Чака Паланика
Мартин Эмис рекомендует:

* Пишите не только на компьютере, но и от руки: даже когда вы зачёркиваете слово, оно остаётся на странице, продолжает существование. На компьютере удаляешь слово — и оно исчезает навсегда. Это важно, потому что обычно самый первый ваш инстинкт — правильный.

* Минимальное количество слов, которые надо писать каждый день, «ни-дня-без-строчки»: не надо никакой «нормы». Бывает так, что нет никаких слов. Зато бывает, их оказывается 1500.

* Используйте тревогу, которую вы испытываете относительно своего письма — и своей жизни — как горючее: Тщеславие и беспокойство — это и есть писательская жизнь.

+9

Чак Паланик размышляет:

* Чередование вдумчивой работы писателя с бездумной стиркой белья или мытьём посуды даёт перерывы, нужные для появления новых мыслей и озарений. Не можешь придумать продолжение истории… почисти туалет. Смени постельное белье. Христа ради, протри пыль с компьютера. И хорошая идея появится.

* Читатель умнее, чем тебе кажется. Не бойся экспериментировать с формой рассказа и временными скачками.

* Прежде чем сесть и записать сцену, её стоит немного повертеть в уме и понять её предназначение. Какие предыдущие моменты закроет эта сцена? Какие вопросы она откроет для последующих сцен? Как она продвинет повествование? И только когда ты продумаешь костяк сцены – можно сесть написать ее. Не отправляйся к этому скучному, пыльному компьютеру с пустой головой.

* Удиви себя. Уведи историю, или дай истории увести тебя, в такое место, которое восхитит тебя, тогда ты сможешь удивить и читателя. В тот миг, когда ты разглядишь любой хорошо спланированный сюрприз или оборот событий, их наверняка не пропустит и твой изощрённый читатель.

+9

URL записи

Не свое | Не Бест? Пришли лучше!



URL записи

@настроение: tired

@темы: писаное, чтиво

17:24 

Перекрестясь, помолившись, сплюнув и постучав по дереву.

~ vuotaggine ~
Подумав, что мы все-таки что-то делаем и вспоминая мягкие люли, навешанные мне в сентябре и глубоко запавшие в душу, выкладываю начало одного творения.
Важный ВАРНИНГ: не бечено от слова совсем. Так как, хоть Evans и говорил, что "а надо бы для начала", я подумал, что для нас это почти что нерентабельно. То есть, что хочу этим сказать: мы до редактуры не доберемся. У нас появятся еще какие-нибудь идеи, еще что-то и что-то еще, а дело так и заглохнет. Собственно, выкладка сего добра - тоже есть попытка двигателя процесса. Так что, если вдруг найдется какой-нибудь аксакал редакторской деятельности, милости просим.
Строго судить можно, но в мягкой форме.
Надеясь на понимание, представляем вам пилотную серию "Псарни".

Рабочее название: Псарня.
Оригинал.
Авторы: Evans, Grassy.G.
Глава/Серия: 1, пилотная.


- Итак. С чего б начать?
- С чего-нибудь.
- С изолятора. Будем начинать с изолятора. Это модно в наше время. Итак, изолятор. Железные стены, тяжелые двери, вездесущая сырость, и паразиты. Охраны нет, потому что она не требуется, люди отсюда не выбираются, они под действием галлюцинагена бродят по одиноким коридорам или сидят в камерах, пока не подохнут. Вокруг изолятора поле, превращающее в кусок дымящегося мяса. Кружат птицы. Проверка приезжает раз в неделю, чтобы убрать трупы и выкинуть их в общую "усыпальницу", хотя попросту смердящую разлагающуюся кучу недалеке от изолятора. Паразиты сжирают падаль.
- Как все...жизнерадостно. Так. И конечно что–то должно пойти не так, ага?
- да как угодно.
- Например, поле расширится из–за какого–то неправильного заключенного. И спалит в уголек приехавшую комиссию. И внутрь пойдет, к заключенным. Спалит и систему подачи галлюциногенов. Ну и пару десятков заключенных, вместе с тем неправильным конечно.
- Да. Как-то так.
- Пройдет много времени, прежде чем он откроет глаза, плохо понимая, где он, и что он. Перед глазами плясали черные линии, неудержимо тошнило, но из-за отсутствия пищи выходила только желчь и слюна. Борясь с подступающим небытием, он доковылял до дверей, это почему-то казалось важным. Толкнул одну, она не поддалась, рядом лежал труп. Тогда он заметил черную дыру вентиляции у пола. Узко, но пролезть можно. Он не мыслил, а выполнял заученные действия, мышечная память его спасла и вынесла не поверхность. Голые камни и море, уходящее за горизонт, он не ушел далеко, упав недалеко от песчаного клочка, на который набегали холодные волны.
А там, на поверхности, его кто-то подобрал, подъехав на забрызганном грязью квадроцикле. Привез в какую-то землянку, кинул на матрац и, сплюнув на землю, вышел, громко позвав подобие медика. Это был лагерь кочующих, которые жили преимущественно мародерством, но и честного заработка не боялись.

продолжаем, не останавливаемся

@темы: писаное, Псарня

19:54 

Псарня.

~ vuotaggine ~
Важный ВАРНИНГ остается прежним - не бечено.

Рабочее название: Псарня.
Оригинал.
Авторы: Evans, Grassy.G..
Глава/Серия: 2


читаем, читаем

@темы: писаное, Псарня

19:05 

Я сел и написал.

~ vuotaggine ~
Как-то раз я подумал, что у меня есть идеи, может, и не гениальные, но их требуется воплотить.
и вот одна из них.


Название: Lost
Автор: Grassy.G
Примечание: не бечено. (надеюсь, когда-нибудь это исправится)


Несколько недель все шло хорошо. Зачем придираться к мелочам? Они случаются у всех и слишком незначительны, поэтому не являются по сути событием в жизни человека. Так и у него – обыкновенного продавца в небольшом магазине в северном районе города. Начались эти несколько недель с тех пор, как он устроился в этот магазин, пройдя недолгое собеседование с управляющим.
Управляющий был тоже самым обыкновенным человеком, у которого есть небольшой дом, жена и двое детей. Можно сказать, слишком обычным, если забыть про тот факт, что в современном мире двое детей – это уже редкость в семье, где двое родителей как-то уживаются друг с другом.
Продавец, моложавый читать дальше


Listen or download Lifehouse Storm for free on Prostopleer
Если плеер не отображается, то ниже прописал трек. Слушайте, читайте, или наоборот.

@музыка: Lifehouse - Storm

@темы: писаное

21:37 

Родился фик, как бы я ни был против их создания своими руками. *__*

~ vuotaggine ~
Название: Way into the trap
Автор: Grassy.G
Фандом: Mass Effect
Пейринг: м!Шепард/Криос
Жанр: ангст, дарк
Рейтинг: R
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права – только на бога. Остальное не мое.
Размещение: с разрешения автора (или просто уведомление в вежливой форме)
От автора: личный взгляд на персонажей и обоснуй.

страдательная музыка
"Way into the trap."

читать дальше

@музыка: Imagine Dragons - Lost Cause; Ours - God only wants you

@темы: писаное

18:17 

Особенности стиля И. Бродского

~ vuotaggine ~
Особенности стиля И. Бродского (на примере стихотворения «Дебют»)

Как говорил Михаил Крепс в статье «О поэзии Иосифа Бродского», поэт «злейший враг банальности», «человек, разрушающий стереотипы». И это легко доказуемо на примере попытки анализа произведения «Дебют».
Нельзя не отметить геометричность его поэзии, выражающуюся в подчинении средств художественной изобразительности, которых, к слову, не так уж и много, общему замыслу, своего рода, архитектуре стихотворения.
Стихотворение «Дебют», составляющее собой элегическое рассмотрение первого любовного опыта, разделено на две части. Абстрактно назовем их «она» и «он» - соответственно. И это не случайно, ведь все соотносится с замыслом автора.
Первая особенность части «она», бросающаяся в глаза, кардинально отличная от части «он» – изобилие аллитерации, отображающей музыкальную ткань повествования, создающую определенную атмосферу, соотносящуюся с созданным пространством несвежего, матово-пасмурного города Санкт-Петербурга; квартиры, неуютного быта узкого, маленького коммунального пространства, с его шорохами и скрипами.
В лирическом произведении находятся и элементы сюжета. Так, в первой части поэт говорит о девушке-студентке, во второй – о молодом человеке. Нельзя не отметить, что эмоциям Бродский не отводит места: не описываются переживания студентки, ее отношение к произошедшему. Создается реальная картина жизни интровертов, предпочитающих эмоциональную пустоту эпатажным всплескам чувств. Хоть автор и обращает внимание на недоумение и изумление молодого человека, подача этого чувства не перекрывает общее настроение стихотворения: опустошенности, шумящего воскресного дождя и хмурого неба.
Стоит обратить внимание, что поэт выделяет особо значимые слова при помощи инверсии и множественного употребления местоимений (Сдав все свои экзамены она/к себе в субботу пригласила друга; проспект был пуст; он раздевался в комнате своей…). Поэт обезличивает своих героев, делая из них некий шаблон, чтобы читатель мог представить своего персонажа.
Думая, что на каждого поэта влияют прочитанные им книги, можно предположить, что Иосиф Бродский не мог не знать творчества Артюра Рембо. Так, читая строки: Она лежала в ванне, ощущая/всей кожей облупившееся дно,/и пустота, благоухая мылом,/ползла в нее через еще одно/отверстие, знакомящее с миром./ приходит на ум отсылка к одному из стихотворений французского поэта «Венера Анадиомена» (особенно первая строка создает схожую атмосферу «Из ржавой ванны, как из гроба жестяного…»). Можно ли судить об общности чувств поэтов к женщинам вообще? Думаю, нет, однако возможно, что в отношении некоторых из них они были схожи.
Если припомнить заинтересованность Бродского экзистенциализмом, можно выделить особенность части «Он». Желание поэта, возможно, несознательное, отобразить символы (дыры, круга) находит свое воплощение не только во второй части, но и во всем произведении (бутылка, чашка, отверстие). Что касаемо части «Он», то можно отметить изобилие ассонансов (преобладание гласного -о-), что тоже можно, хоть и недоказуемо, а только принимая на веру, отнести к символике.
Отличительной особенностью можно назвать и необычное оформление стихотворения. Привычное для нас видение текста – каждая строка с заглавной буквы. Здесь же – и это можно отнести к элементам прозаического произведения – с заглавной буквы пишется только начало предложения, несмотря на то, что разбито это предложение на несколько строф.
Возвращаясь к теме хитросплетения, особого построения стихотворения, хотелось бы отметить факт того, что в каждой из частей стихотворения есть некая скрепа, соединяющая ее с предыдущей или последующей частью. Для примера:
(Первая часть, первая строфа) Сдав все свои экзамены, она к себе в субботу пригласила друга…
(Вторая часть, последняя строфа) Он раздевался в комнате своей…
Или же: (первая часть, вторая строфа) …снял свою одежду с непрочно в стену вбитого гвоздя. И, как расширение картины быта, вторая часть: он вспомнил гвоздь и струйку штукатурки…
Каждая часть отсылает к другой, потому что ко всему, о чем говорит поэт, причастны оба: и она, и он. Она, как виновница случившегося, как та, что затеяла этот вечер. А Он как случайная безвольная жертва женской прихоти.

 

@темы: писаное

18:18 

Замысел режиссера и замысел писателя

~ vuotaggine ~
(И. Соловов «Отец» и А. Платонов «Возвращение»)


Рассказ Андрея Платонова "Возвращение" уже был экранизирован в 1982 году Гавриилом Егиазаровым. Фильм назывался "Домой!", а снимались там Александр Михайлов и Ирина Купченко. Новая экранизация, "Отец", создана Иваном Солововым; главные роли сыграли Алексей Гуськов и Полина Кутепова. В современной картине также сохранены сюжетные линии рассказа Платонова, однако показаны они совершенно иначе, чем в ленте двадцатипятилетней давности. Но если в фильме Егиазарова очень точно переданы и реалии времени, и психологически достоверный конфликт, то в "Отце" наряду с удачными моментами есть и заметные недочеты. (Светлана Степнова, рецензия «Уйти-вернуться»)
Несомненно, это только субъективное восприятие и оценка творчества режиссера Ивана Соловова, но вот, что имею сказать.
Понятно, что для режиссера, влюбленного в творчество Андрея Платонова было важным в малейших деталях передать все, что было рождено писателем. Однако, это могут увидеть и понять лишь единицы зрителей. Например, эпизод с пнем, когда Петруша бросается на него и не дает пустить на дрова со словами «Не трожь Максима!» - отсылка к рассказу «Никита». Многие ли знают этот факт? Нет. Но эпизод весьма уместен и раскрывает не затронутую писателем сторону судьбы Петруши. Это, конечно, доработка режиссера, замыслившего картину сложной по структуре, художественному наполнению, но упрощенной, по сравнению с рассказом, для восприятия современным зрителем.
Сложно судить, насколько нужной и ненужной оказалась работа режиссера по воссозданию духа послевоенного времени, созданию реплик и диалогов героев в стиле Платонова. Однако стремление Соловова сделать материал доступным зрителю нашего века сказалось на картине больше негативно, чем положительно, к чему можно отнести некоторые фактические ошибки.
На мой взгляд, интерпретируя и воплощая в другом качестве литературное произведение, нельзя менять персонажа. Автор задумывал его таким, каким написал, с его судьбой, жизненной дорогой и препятствиями на ней. К примеру, образ Маши в рассказе не соответствует образу в фильме. «Маша — дочь пространщика», потому что так она себя когда-то назвала, будучи действительно дочерью служащего в бане, пространщика.», «Маша была миловидна, проста душою и добра своими большими рабочими руками и здоровым, молодым телом. Она тоже возвращалась домой и думала, как она будет жить теперь новой гражданской жизнью; она привыкла к своим военным подругам, привыкла к летчикам, которые любили ее, как старшую сестру, дарили ей шоколад и называли «просторной Машей» за ее большой рост и сердце, вмещающее, как у истинной сестры, всех братьев в одну любовь и никого в отдельности.» (А.Платонов, Возвращение). И что же мы видим в фильме? Маленькая, хрупкая девчушка с наивными большими глазами, преданно смотрящими на Иванова, работавшая на фронте прачкой, а не в столовой, к тому же еще и беременная.
Несомненно, ее беременность без мужа была создана режиссерским замыслом для раскрытия еще одной человеческой трагедии, как и фиктивное сватовство Иванова перед вольно интерпретированными режиссером тетками Маши. Но сам образ девушки, возможно, более эстетичный, удаляет зрителя от правдивости изображенного исторического периода, потакает запросам современного человека, чего, на мой взгляд, делать совершенно не нужно.
К подобному изменению можно отнести и эпизод фильма с готовкой обеда для вернувшегося домой Иванова. Петруша, суровый, ворчливый мальчик, требующий порядка и экономии, говорит своей сестре одеть фартук, в то время как в рассказе он ругает ее за толстые картофельные очистки. Конечно, понять логическую цепочку «не оденет фартук – запачкает одежду – придется стирать – тратить мыло – мать устанет» проще, так как большинство из наших современников сами проходили эту школу дома. Наверняка, многих мамы ругали за очередную испачканную куртку, футболку или брюки. В то время как голод, от которого спасались всякими способами, в том числе и тончайшей чисткой картофеля, чтобы хоть еще одну крупицу съедобной пищи приготовить и употребить – сложнее, нужно подумать об этом. Таким образом, режиссер отбирает правдивые мелочи, стремясь сделать картину доступнее пониманию зрителя.
Не могу, однако, сказать, что это сделано неоправданно. В фильме показано множество идей, которое приходится разжевывать, так что на подобные мелкие детали уже не стоит обращать внимание - лишь бы зритель понял хоть что-нибудь.
Еще один минус построения кинематографической картины по рассказу, на мой взгляд, чисто субъективный, - это отведение главной роли только одному персонажу. Попробую объяснить свою мысль.
В фильме «Отец» существует только один главный персонаж – Алексей Иванов. Именно его глазами мы смотрим на города, на разруху, на людей. Его мы переживания мы подсознательно принимаем как первые, и уже в противовес им ставим, если задумываемся, внутренний мир других персонажей. Этот герой, Иванов, оказывается ключом к раскрытию тайн жизни других героев – например, Маши. Именно он открывает дверь в ее, оставшуюся нераскрытой в рассказе, жизнь в родном городке, с тетушками. Понятно, что этим приемом режиссер обращает внимание на частную жизнь в послевоенной разрухе, на переживания старшего поколения о младшем. Но таким образом он лишает Машу, как персонажа, самостоятельности. Она становится частью жизни главного героя, его спутницей, но никак не отдельным лицом, у которого другая, в отличие от режиссерского видения, жизненная линия.
Конечно, этот эпизод является необходимым для реализации в фильме желания Соловова дать максимальную, насколько возможно, панораму проблем и трагедий в жизни людей.
Можно сказать, что такой подход домысливания текста становится причиной проблемы кинематографа как фактора, ограничивающего зрительскую фантазию, способность домыслить самому. Режиссер в картине дает абсолютно все: и готовые внешности героев, вплоть до второстепенных, их интонации, дает то, о чем не упоминается в рассказе, чтобы объяснить совсем не сложные нюансы, и даже ответ на один из вопросов, заложенных в тексте «кто же прав?» - вспомните реплику Дарьи перед отъездом Иванова на поезде: «Вы, мужики, все такие. Сами блудите, а на жен рядите.»
Различие замыслов писателя и режиссера в том, что Платонов, учитывая жанр рассказа, обращает внимание на только одну ситуативную проблему: отношение бойца, вернувшегося в дом, от которого отвык настолько, что война ему намного привычнее. Ведь на войне думаешь меньше – вот враг, его надо бить. А дома все сложнее: неизвестность пугает Иванова, недоверие сводит его с ума, заставляет подобно трусу, бежать туда, где, по его мнению, будет легче – к Маше. В фильме же дается, как я уже говорила выше, панорама человеческих проблем, возникающих после войны: кого-то комиссовали и хотели расстрелять как дезертира – за отрубленный по случайности указательный палец; у кого-то муж погиб - даже не на войне, убили на пути с фронта домой, за золотой портсигар. И в этом кишащем проблемами окружении, происходит личная драма главного героя – подготовка и совершение побега из места, где ему трудно быть.
Сожалею, если после прочтения этой статьи осталось впечатление, будто я не в восторге от картины Ивана Соловова «Отец». Это вовсе не так. Безусловно радует факт того, что произведения Андрея Платонова находят отклик в сердцах людей и популяризируются в обществе посредством более модного, чем чтение, искусства – кинематографа.
Замечательная операторская работа ведет зрителя по выстроенным режиссером образам писателя: вот паровоз, истинно Платоновский, автобиографичный образ (писатель был сыном железнодорожника и с детства начал постигать устройства машин); образы узких тропинок, дома и т.д.
Слаженный механизм эпизодов составляет цельную картину человеческой безысходной тоски, смятения и судорожных поисков где-то внутри себя ответов на невысказанные, но возникшие вопросы.


 

@темы: писаное

18:19 

lock Доступ к записи ограничен

~ vuotaggine ~
и еще одна статейка

URL
15:46 

~ vuotaggine ~
Вырубили свет. Ничего не могу сделать: ни фотки отправить, ни на собеседование завтрашнее собраться. Телефонная зарядка скоро иссякнет. Вот и лежу, думаю о том, какой у Коула клевый глаз, и что эту тему надо раскрыть более подробно. Ээх, река–фантазия, неси меня...

@темы: Но вообще-то все гуд ^^, бытовое, очхреновые тапки муз, писаное

15:17 

Ощтоянаделал.

~ vuotaggine ~
Я завел аккаунт ТАМ. Вот, собственно, он: dancepilot.tumblr.com/
Наверное, буду закидывать туда свои короткие наброски - один уже там - и кучу спижжжжженых пикчей.
Или заброшу это дело через несколько недель, как получилось с жж. Ну да и ладно.

@темы: Но вообще-то все гуд ^^, бытовое, писаное

16:28 

Вечернее творение

~ vuotaggine ~
Название: Closed memory
Автор: Grassy.G
Фандом: пока еще не фандом
Персонажи: Ирвин, Калеб, отец Ирвина, горничная
Жанр: ангст, сонгфик
Рейтинг: G
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права и права Evansa.
Размещение: с разрешения автора (или просто уведомление в вежливой форме)
От автора: Писалось под композицию группы I am waiting for you last summer "Through the walls". И читать лучше под нее же.

- Что это?
- Музыкальная шкатулка.
читать дальше

@музыка: I am waiting for you last summer "Through the walls"

@темы: писаное

15:46 

Как-то мне было душно.

~ vuotaggine ~
и родилось вот это. Было ужасно жарко, дикая влажность, духота, пять утра, а я сутки не спал.

Название: Проститутка.
Автор: Grassy.G
Фандом: ориджинал
Персонажи:проститутка, жертва
Жанр: портрет
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права
Размещение: с разрешения автора
От автора: было душно. Не бечено.

Она была некрасивой, среднего роста девушкой, возрастом немного за двадцать. Она приехала в этот немаленький город несколько лет назад. Работу она искать не стремилась, шаталась по улицам, подворотням, набережным и аллеям днями и ночами. И работа нашла ее сама. читать дальше

@темы: писаное

16:00 

Я смог что-то написать. Оу-йе.

~ vuotaggine ~
Название: Lucky devil
Автор: Grassy.G
Фандом: ориджинал
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права
Размещение: с разрешения автора

Потемневший вечер заполнился стуком капель дождя о металлические карнизы зданий, тканевые навесы террасс и асфальт. Теплый ветер обдувал фигуры проходящих прохожих, торопливо укрывавшихся под ближайшими крышами.
Я смотрел на это уже в который раз и думал о том, как все отлично сложилось.
Однажды, когда меня все достало, я бросил свою низкооплачиваемую работу. Что делать в дальнейшем я и не представлял, но, кажется, тот, что приглядывает за мной, посланник вышних сил, направил меня в ту роковую минуту, когда я лежал на диване - уже снова светало - и смотрел в белый пошарпанный потолок. Честно говоря, в тот момент я думал о причине его пошарпанности и не припоминал ни одного случая, когда я мог бы, действуя в каком-то неясном порыве, скоблить его наждачной бумагой, а потом, будто одумавшись, наспех покрыл его известкой на один раз. Так вот в тот момент я резко сел, подтянул колени к груди, потер лицо с усилием. Это всегда помогало мне очнуться от бездельного беспамятства. В моей голове зарождались какие-то непонятные мне самому мысли, неясные, словно кто-то завладевал моим телом и действовал по своему усмотрению, а мне же оставалось только наблюдать. Тогда мои руки подтянули к дивану журнальный столик, открыли ноутбук и в строке браузера забили определенный вопрос, последствия которого сыграли мне на руку.
Мой мозг жаждал работы. Я чувствовал это так же отчетливо, как и голод, который застиг меня через пару дней. И вот почему.
На полном серьезе я решил открыть свой бар. Меня настигла идея грандиозного проекта, который мне тогда не удалось реализовать сразу, но она накрепко засела у меня в голове. И мой жадный мозг никак не хотел ее отпускать, починяя себе все мои чувства, лишая сна, еды, общения, отдыха, заставляя работать только на эту идею.
Где взять денег, я не знал. И после перечитывания массы статей из интернета, спасовал перед трудностями и недоступностью сиюминутной возможности взять и открыть прибыльный бизнес. Но спасла меня неожиданная встреча с давним приятелем по университету, который, правда, доучился, в отличие от меня.
Бо - его звали так все на первом курсе - сказал, что я не должен отчаиваться, так как он может помочь мне с начальным капиталом, так как давно задумывал вложить энную сумму в благотворительность. Я посмеялся тогда его пониманию этого термина, но деньги согласился взять. И отдать, когда встану на ноги.
И завертелось. Поиск помещения, поиск тех, кто дешево и быстро сделают ремонт и заключение договоров с поставщиками. Почему-то на это у меня ушел всего лишь месяц. Все складывалось на удивление гладко и прекрасно. Открытие бара случилось спустя три месяца - столько длился капитальный ремонт здания, во время которого я не жалел сил и продумывал план действий на будущее, который включал в себя не только первоначальное меню, но и несколько его обновлений, культурно-массовые (и некультурно-массовые) мероприятия, поиск правильного по моим меркам персонала, и прочие мелочи, которые были необходимы для работы заведения.
Открытие прошло с тихой помпезностью, клиенты появились не сразу, но быстро. Несколько раз после пришлось разбираться с теми, кто занимался рэкетом на районе. Но после некоторых договоренностей с особо чокнутыми ребятами из боксерского клуба проблемы исчезли.
Деньги, взятые у Бо, я вернул через год. А это считалось у нас большой удачей, о чем мне он и заявил. Осталось выплатить проценты, но Бо сказал, что я могу их вложить в открытие еще чего-нибудь, раз удача мне так улыбается.
И я последовал его совету. Во второй раз было проще и легче заниматься раскруткой нового клуба. Войдя во вкус, знаете, сложно остановиться. И я решил делать деньги на всех тех, кто раньше делал деньги на мне.
Спустя еще пару лет я стал владельцем нескольких заведений с совершенно разной тематикой: ночной клуб, бильярдная (в нее я вложил много душевности и стиля, получился настоящий мужской клуб), стрип-клуб и закрытый бар для геев. С этими ребятами я поначалу работал нехотя, а потом, когда они стали приносить мне хороший доход, поменял свое отношение. Спасибо за это Бо. Он оказался весьма заинтересован в этом заведении и посильно помогал мне со всем, что было необходимо. Я назначил его управляющим в нем - все равно тому было скучно на своей работе и он искал хобби. Понятия не имею, что за работа была у него...Да, за столько лет я так и не спросил.
И вот я, довольный всем человек, задумался о том, что в личной жизни у меня полный провал. Собравшись с силами, я за некоторое время нашел женщину - красивую, конечно, - влюбился в нее до беспамятства, которое заставило меня на ней жениться. И было все безоблачно, радужно и поблескивало, как алмаз, пока однажды я не застал ее с любовником в нашем пентхаусе. Хотелось ее убить, но врожденное чувство морали разрешило мне устроить тихий скандал, развестись с ней, а адвокаты помогли сохранить имущество в полном объеме.
Не раз мне снилось, как я кроваво с ней разбираюсь - почти как Ганнибал или еще какой маньяк. Но на утро я чувствовал только усталость, измождение и с трудом заставлял себя заниматься работой. На женщин я смотреть не мог - все напоминали Лайзу и были мне весьма омерзительны.
И в один прекрасный день я познакомился с Эдом. Несколько встреч спустя я день прожить не мог, не поговорив с ним. Настолько мне было комфортно и спокойно в его обществе. Через месяц после знакомства мы уже жили вместе и я не видел в этом ничего плохого. А по утрам у нас был очень страстный секс...

- Эй, ты! Кончай прохлаждаться! Полы сами себя не помоют!
- Да-да, иду... - я тушу сигарету и, взяв поудобнее свою швабру, возвращаюсь в офис. Дождь уныло барабанит по карнизам и асфальту, а мне еще надо домыть два кабинета. И вот после этого я, наверное, пойду на вторую работу, если позвонят. Надеюсь, что нет - в такую погоду совсем не тянет работать...
А знаете, финал с Эдом мне что-то не нравится. Надо переделать... Да, надо переделать.


end. (c)G.Grassy



 

@темы: чтиво, писаное, очхреновые тапки муз

10:55 

Буду рад комментам. =__= Серьезно.

~ vuotaggine ~
Название: Shame.
Автор: Grassy.G
Фандом: ориджинал
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права
Размещение: с разрешения автора

Резкие толчки внутри меня прерывают дыхание.

Я был в клубе. Выпивка, громкая музыка, мерцающие огни в полной темноте, жар.

Пот скатывается с его спины мне под пальцы. Душно.

Вокруг так много людей, их лица различить можно с трудом. Мои друзья слились с движущейся толпой. У бара громкие разговоры, их сложно разобрать. Бармен - единственная статичная фигура - помогает не потеряться в этом человеческом месиве.

Во рту пересохло, чужие губы сухо ведут по шее. Переворот.

-Тебя как зовут?
Меня хлопают по плечу. В громыхающей темноте клуба я плохо слышу и не разбираю его лица.
- Что?
- Пойдем со мной, - за локоть меня стаскивают со стула. Бармен смотрит. - Я угощу тебя.
Я пошел за силой уводящей меня рукой. Было интересно.

С этого ракурса все иначе. С трудом смотрю на него - этого так не хочется делать. Даже глазам жарко. Он тоже смотрит. Слишком серьезно. Мне стыдно.

Все случилось быстро. Он сидел с друзьями за столиком. Всем им весело. Мне - не по себе. Я лишний. Не то знакомство. Один стакан за другим. И я не заметил, как легко и свободно мне стало. Все еще гремела музыка и скрежетали разговоры незнакомцев.

Он двинулся медленно и так спокойно, что я потерял равновесие и оперся ладонью о его грудь. Пальцам прохладно. Под ними стучит чужое сердце. Моё же бьется выше и так сильно. Представляю, что у меня сейчас их два. Внутри все сжимается. Хорошо. Хочу сесть. Хочу задеть им что-то внутри себя. Не пойму где.

Чувствовал, что всё идет неправильно. Но было так безразлично. Я лежал, а одежду снимали. Множество рук касалось тела, но я даже не помню, было ли мне приятно. Или мерзко. Непонятно. Раздражал скрежет их голосов. Они пытались сказать что-то сладкое. Словно сироп на старом механизме. Мерзко.

Снова закрываю глаза, пытаясь найти в себе что-то, понять, где нужно коснуться, чтобы стало еще лучше. А он пугает - неожиданно садится и опрокидывает меня, удерживая за спину. Да. Опираюсь головой о матрас. Так и нужно. Именно так. Хорошо.

Помню, что я отмахивался, но недолго - руки завели за чью-то спину. А потом пришли другие. Все быстро закончилось, не успев начаться. Кто-то бросил мне одежду. Крики, кому-то было больно. А я лежал, глядя на мир сквозь футболку. Не хотелось больше двигаться.

Он тяжелый. Но это так приятно. После того, как он все сделал, это - лучший подарок. Обнимаю его. Хочется сказать спасибо. Но в горле так пересохло, что не могу. Глажу по большой спине. И кажется, что я никогда не буду счастливее, чем сейчас.

- Выведите этих. С пацаном что, живой?
- Живой. Обдолбан. Я им займусь.
- У тебя смена завтра.
- Сказал, займусь. Отвали.
Меня усадили. Одели. А я все не могу ничего разглядеть или пошевелиться. Я ведь могу все сделать сам. Так почему же сейчас это делает кто-то другой? Кто ты?
- Все. Нагулялся. Пошли.
Мою руку перекинули через плечо. Мне казалось, что таких плеч не бывает. Придерживая за пояс, меня повели в толпу. Черная, мерцающая, с яркими белыми всполохами, она расступалась перед нами. Я думал, что я иду по воздуху -совсем не чувствовал пол под ногами.
Меня всегда привлекала чужая сила. Не мелкая, способная резким ударом причинить боль, а всеобъемлющая, та, что могла охватить всего тебя, подчинить себе, стать твоей крепостью. Именно эту силу я чувствовал, летя сквозь мрак и чувствуя своими пальцами его плечо и его пальцы - на своем боку.
- Я хочу тебя.

- Не ходи больше сюда, - проговорил он, поднимаясь и лишая меня своего тепла и тяжести. Не хочу отпускать. У тебя такой властный голос. Ты говоришь с ленцой. - Слышишь? Посмотри на меня. - ты убираешь мои руки со своей шеи, а я цепляюсь за грудь. Не хочу смотреть. Переворачиваюсь. Спрячусь. У тебя на груди так спокойно. Сердце бьется тише. Трогаю пальцами. Бьется. - Да что ж ты...
Ты обрываешь все. Резко встаешь, открываешь окно. Всполошившаяся обида заставляет прятаться, скорчиться, закрыть голову руками. Верни тепло! В нос затекает холодный воздух. Ты открываешь бутылку с водой - я слышу этот звук. Так хочется пить.


Вода обдает шею, плечи, лицо. Я размазываю её, дергаюсь - это неприятно. Наваждение сходит. Сажусь. Умываю лицо.
- Ещё полить?
Не надо. Мотаю головой. Говорить все еще сложно.
- Итак. Больше не приходи сюда, понял? - молчишь с секунду, снова льешь на меня воду. -Понял, спрашиваю?!
Это раздражает. Я понял. Но ты был совершенно не таким две минуты назад. Почему ты так изменился? Почему ты меня так раздражаешь? Хочу сказать что-то грубое прямо в лицо, чтобы тебе обидно стало. И смотрю на тебя. И не могу ничего сказать.
- Так. Хоть отреагировал, - садишься рядом. А я все смотрю на тебя. Я узнаю тебя. Накинув полотенце мне на голову, обнимаешь меня, прижимая к своему плечу. Даешь возможность спрятаться.
- Прости, - мне становится так стыдно. Страшно стыдно. Я вспомнил.

Мы сидели в кофейне, болтали о разных мелочах, о фильмах и личной жизни.
- То есть, ты не знаешь, в каком клубе он работает? - моей подруге было очень интересно узнать, с кем я начал встречаться пару недель назад.
- Нет. Видел несколько раз визитку того заведения. Но он не особо распространяется. И не приглашает туда.
- Тогда нам надо самим все узнать! Давай сходим туда?
- Ну, ты же знаешь. Я - не любитель такого.
- Да ладно! Придем, выпьем, посмотрим и уйдем, ладно? Я позвоню своему. - она схватила мобильник, быстро набирая что-то. Я тогда невнятно возмутился, но было поздно.


- За что? - ты добрый. Гладишь меня. И даже не думаешь, что я не думал о тебе, когда шел за другим. И не вспоминал тебя, когда был с другими. Я и забыл, зачем пришел в клуб. Мне было так интересно...
- Прости.
Я не могу тебя обнимать. Мне стыдно.

@темы: писаное

16:27 

И начал я творить.

~ vuotaggine ~
Название: (не придумалось) Э&Б.
Автор: Grassy.G
Фандом: ориджинал
Размер: макси.
Статус: закончен
Дисклеймеры: мои права
Размещение: с разрешения автора

Моему другу. Спасибо. (Бесишь)
Основано на реальных событиях.
Но в целях сокрытия фактов и лиц элемент художественности преобладает.
Вот и гадайте :Р


Глава 1. «Утро начинается не с кофе, а дружба - не с улыбки»


В небольшом захудалом городке, который из последних сил кичился своей шахтёрской деятельностью, наступил день. Кто-то предавался лени в старой забегаловке, неподалёку от которой роем толкались жирные мухи, кто-то работал в поте лица. Это ведь в каждом городе так, верно? Иногда молочно-голубое небо пересекала какая-нибудь птица. Её полёт был прекрасен, но большинству жителей до этого дела не было.
Как и в каком-нибудь другом городке, в этом тоже была старшая школа. Её статус совсем недавно подняли за счёт закрытия другой, более старой, школы в городе. Поэтому несколько лет назад все, кто по возрастным характеристикам был обязан посещать данное заведение, стали приходить на улицу Женевьевы Саронской (никто так и не знает кто это, и почему в её честь названа улица, на которой стоит школа и старый парк).
Архитектура городка была унылой, поэтому здание школы тоже не выделялось из общей картины. Однако благодаря мистеру Пичмену (а это был школьный учитель труда, по совместительству, слесарь и плотник, а также садовник) вокруг школы появились хорошие заросли разнообразных кустов, внутри которых были прорублены дорожки.
Ученики в этих зарослях не редко устраивали тайники или бои без правил, а кто-то и приобретал ценный опыт первой любви.
От стадиона, который стоял на школьной территории, к автобусной остановке вели несколько троп. По одной из них после тяжелой и длительной тренировки по боксу шёл Мортимер Эймс - ученик предвыпускного класса этой самой старшей школы. Он был очень голоден, поэтому все его мысли были о том, как бы нарушить спортивную диету и съесть тайком от всех большой хот-дог, который продавали в старой забегаловке в трёх кварталах отсюда. Небольшая, но тяжелая сумка с формой и учебниками врезалась тонкими ручками в плечо через ткань футболки и ветровки и временами норовила съехать к локтю, чем немало раздражала своего обладателя.
Так, в очередной раз остановившись, чтобы устроить ручки сумки на плече максимально удобно, Эймс услышал самые характерные для драки звуки. Заинтересованный, он сделал несколько шагов до узенькой дорожки, ведущей вбок от тропы, к школьному складу. А на неширокой площадке у склада двое школьных придурков, известных своей манией изводить всех и вся, что нередко сходило им с рук, дрались с одним рыжим худощавым пареньком. Его Эймс тоже знал: три дня назад его представили как Бара Вайнриха, нового ученика их класса. На уроках рыжий сидел тихо, не высовывался, потому и внимания на него никто не обращал. Как он перешел дорогу Тому Мэйзеру и Чарльзу Тиммерленду, Эймс не представлял, но смотреть на неравный бой и оставаться в стороне ему претило. А поторопиться заставил вид приближающихся к потасовке еще двоих из хулиганской компании: Честера Вейна и Бобби Уотсона.
- А ну! Уравняем шансы! - отшвырнув сумку в кусты, он с размаху нанёс тяжелый удар Тиммерленду в челюсть и тут же увернулся от кулака Уотсона.
Они хватали друг друга за грудки, били по лицу, швыряли на землю, падали, но сдаваться не собирались. Одних душила гордость, вторых - злой азарт. Уотсон выбыл из игры, упав и получив от Вайнриха удар ногой. Эймс успел ухватить за шиворот Мейзера, который хотел броситься на Бара сзади, и отшвырнуть в сторону, пока сам схватил крепкий удар в лицо от Тиммерленда, которого держал другой рукой за воротник. Мир закрутился, отдавая тело спортсмена в объятия старого асфальта. "Я против!" - бессвязно возмутился Эймс, подскакивая и, в согнутом состоянии, тараном утащил Вейна, не вовремя зазевавшегося рядом с ним, в кусты, где вырубил двумя точными хуками. Пошатываясь, выходя из зарослей, он смотрел, как Бар добивает, сев сверху, Мейзера. Тиммерленд держался за лицо, стоя в двух шагах от Эймса, и на происходящее уже не обращал никакого внимания, потому, когда Мортимер оттащил его к тем же зарослям и толкнул в них, устало приказав потеряться, возражать не стал.
И неожиданно стало тихо.
Мейзер не двигался.
Вайнрих тяжело дышал, опустив голову.
Эймс надеялся, что все живы.
- Ты как? - спросил он, упираясь ладонями в колени и сплёвывая на землю. Молчание затянулось на долю секунды, заставив его мгновенно насторожиться и взглянуть на рыжего с опаской.
Вайнрих смотрел на него. И в глазах его была только животная жестокость.
- Вот чёрт, - успел выдохнуть Эймс, прежде чем Вайнрих подскочил и бросился на него.
И снова закрутилась рукопашная: подножки, удары и пинки. Эймс удивлялся, откуда в таком худом тельце столько сил, чтобы давать отпор трём парням крупнее него, а после еще драться и с ним, будто до этого ничего не было. Мортимеру казалось, что он дерётся с бешеным псом, хотя и сам в этот момент был похож на разъярённого медведя. Плюнув на попытки сказать, что он ему не враг, Эймс, будучи крупнее Вайнриха в два, а то и в три раза, поставил подножку, уложив его лицом в асфальт, заломил руки за спину и сел сверху, блокировав любую попытку скинуть с себя или навредить.
- ОСТЫНЬ! - гаркнул он ему на ухо.
- ЧО ОРЁШЬ?! - огрызнулся тот, тут же дернувшись.
- Задолбал потому что! Я за тебя дрался!
- Я и сам бы справился!
- Хрена с два!
- А вот и нет!
- А вот и да! Слезь с меня, туша! Я тебя вообще не знаю!
- И что? Лежи смирно и слушай! Я тебя сейчас отпущу. Я тебе не враг, понял?
Вайнрих помолчал. Эймс, выждав пару секунд, медленно отпустил его руки, недоверчиво глядя в рыжий патлатый затылок. Но Вайнрих опередил его ожидания и, вывернувшись, перекатился, оказавшись сверху и желая добить последнего противника. Эймс перехватил его кулак, но не справился с другой рукой и получил удар справа. Тут злость взяла верх и над ним.
Так они катались по земле еще некоторое время, нанося друг другу побои, пока Мортимер, вновь воспользовавшись силовым преимуществом, не оглушил рыжего психа и снова не заблокировал его, прижав к асфальту.
- Заебал.


- Ты долго на мне сидеть будешь? Полчаса уже прошло. Я скоро с асфальтом сольюсь.
- Хрен знает. Ты ж опять драться будешь.
- Не буду.
- Да будешь.
- Слезь, блин. Сказал, не буду, значит, не буду.
Эймс слез и отсел подальше. Вайнрих перевернулся, вдыхая полной грудью.
- Я - Бар.
- Эймс. Мортимер.
- Ага.
- Ага.
- Вот ты уделался, - покашливая и посмеиваясь, рвано проговорил Бар, глядя на грязное от крови, земли и пыли, лицо одноклассника.
- Себя-то видел?- с вызовом улыбнувшись, мотнул головой Эймс, разглядывая исподлобья разбитое, но уже весёлое лицо рыжего.
- Жрать охота, - Вайнрих почесал живот.
- И мне. Пойдем к тётке Мари?
- Это где?
- Недалеко.
- Ты платишь, - Бар сел.
- Разбежался.

Молочно-голубое небо пересекала птица. Но жителям городка её прекрасный полёт был по-барабану.

@темы: писаное

.Rafale.

главная